Народное искусство

Как известно, на территории Чечено-Ингушетии так и не сложился развитый феодальный строй. Отсутствие старинной знати, которая у других народов Кавказа направляла искусство к обслуживанию своих интересов, определило более свободное развитие народного творчества, отчасти демократического по своему содержанию, выражавшего интересы народа.

В этом кроется одна из причин неприятия вейнахами многих элементов искусства близких соседей (изощренной утонченности персидских сосудов, роскошной цветистости восточных ковров и т. п.). Зато появился свой собственный стиль, в основу которого легли простота и лаконизм форм, строгость рисунка и цветовой гаммы.

Исламизация страны отрицательно повлияла на дальнейшее развитие народного творчества, усилив суровый аскетизм строжайшим запрещением изображать людей и животных. Это создало условия для распространения элементов арабского стиля — орнаментальной вязи, зачастую включающей в композицию узора письмена, содержащие тексты священных писаний.

История развития прикладного искусства Чечено-Ингушетии тесно связана с возникновением ремесел, которые развивались на базе использования глины, песчаника, известняка, а также ценных древесных пород: бука, ясеня, дуба, ореха и т. д.

Так еще до новой эры получило развитие керамическое дело (изготовление изделий из обожженной глины). Постепенно от примитивной горшкообразной формы сосудов для варки и хранения пищи оно шагнуло к более изящным изделиям: кувшинам, бокалам, маленьким сосудам, блюдам, изготовлявшимся из высококачественной глины с лощением. Впоследствии вошла в практику и поливная глазурь. На обнаруженных археологами изделиях можно проследить, как от простейших налепных и щипковых орнаментов узор стал усложняться, являя собой условное художественное изображение растительного и животного мира. Ручки сосудов стали украшаться стилизованными головками или целыми фигурками животных, в которых вкладывался не только религиозно-магический, но и эстетический смысл.

В эпоху позднего средневековья центрами гончарного производства стали горные аулы, а в XVII—XIX веках — селения Старый Юрт, Новый Юрт, Шали и др.

Параллельно с керамикой развивалась резьба по дереву. В этой технике выполнена маска человеческого лица — голова богини плодородия Тушоли.

Широкое распространение у вейнахов получили резные оконные наличники, ставни, двери, мебель, особенно лари и шкафы, часто занимавшие всю стену жилого помещения. Обычно они украшались резным одновысотным рельефом, изображавшим геометрический либо условно-растительный орнамент: солнце в виде круга с лучами, рога оленя или буйвола (что характерно и для других народов, занимающихся скотоводством). Для большего эффекта шкафы расписывались разными красками.

Развивалась резьба по камню. Это можно проследить по орнаментам на входах и стенах башен, появившихся в горах в эпоху позднего средневековья. Были здесь характерные традиционные изображения солнца и других языческих символов, а также простейший геометрический орнамент.

Значительно сложнее оформлены каменные надмогильные памятники (стелы), относящиеся к XIX — началу XX века. Здесь резьба по камню достигает зрелого творчества. Об этом пишет П. Лысенков, один из первых советских исследователей чечено-ингушского искусства. Он утверждает, что, несмотря на следы арабского стиля, своеобразие трактовки, умение искусно связывать чисто декоративные мотивы с текстом, высокая техника исполнения дают основание считать эти образцы монументальной каменной пластики типично вейнахскими. Подробно рассматривая надмогильные памятники в селе Ведено, Лысенков замечает, что наряду с обычными мусульманскими мотивами — полумесяцем, солнцем, волнистыми линиями (условное изображение воды) — наибольший художественный интерес представляет растительный орнамент. Особенно его заинтересовал один самобытный памятник, настоящий лабиринт завитков, симметрично расположенных вверх и вниз от основания центрального вертикального стержня орнамента. Завитки — отроги узора, развивающиеся в прямом и обратном направлении, создают компактное целое и производят гармоничное впечатление. На этих памятниках изображены предметы домашнего обихода (таз, кумган, башмаки), оружие (лук, стрела, ружье, пистолет, кинжал, шашка), украшения одежды (газыри, женские нагрудные пряжки), а также предметы культа (посох, четки).

Существует еще один вид каменной пластики, распространенной в быту, — плиточные изделия из камня: домашние печи, очаги. Орнамент, вырезанный на камне, зачастую иллюминован различными красками, что создает наибольший эффект игры светотени, четко отделяя рельеф от фона.

В этом плане у чеченцев и ингушей есть еще один принцип колористики — белой полосой разграничиваются поверхности, окрашенные различными тонами. Это подчеркивает гармонию или контрастность различных цветов, не допуская их смешения.

Подобный прием используется в чечено-ингушском ковроделии. Войлочные ковры (истанг) — область, в которой национальный орнамент получил наибольшее творческое развитие. Строгость и лаконичная простота коврового орнамента, обычно решенного в двухцветном сочетании (при наличии белой каймы), говорит о едином национальном стиле, отрицающем все вычурное.

Самые различные рисунки ковров, чаще симметричные по центру или с двумя стержнями симметрии, а также с обязательной каймой, обычно являются чисто растительными орнаментами, изображающими стилизованные цветы, стебли и листья.

Встречаются и сложные по композиции рисунки, где растительный орнамент органично переплетен со стилизованными силуэтами животных и птиц. Иногда эта стилизация настолько тонка, что орнамент воспринимается как чисто растительный. Анализируя орнаменты ковров, П. Лысенков писал, что можно заметить штрихи, нанесенные на изображения животных или птиц возле горла. Эти штрихи, по его предположению, обозначают, что существа мертвы. Возможно, что таким образом художники находили способ обойти строгий запрет мусульманского закона на изображение живых существ.

Те же принципы композиции и колорита использовались при вышивке подседельников, сумок для рукоделия (бохча), вышивке золотом и серебром женского платья (габли), башлыков и войлочных бурок, производством которых славилась Чечня. Пуговицы и шнуры из крученых шелкозых ниток для различных видов одежды, как правило, имели одноцветный строгий рисунок.

Многие народы Кавказа, с древних времен славившиеся изделиями из металла, заимствовали некоторые приемы техники художественной обработки у соседних народов.

Строгие, лаконичные по рисунку, великолепно отточенные кинжалы (калдам) с изображением креста и (терс-маймал) с изображением зверя, напоминающего волчонка или обезьяну, славились наряду с богато украшенным оружием грузин и персов. Образцы их хранятся в Оружейной палате в Москве. Наряду с оружием изготовлялись пряжки для поясов, женские и мужские наборные пояса, декоративные женские нагрудные пояса (тюдаргаш), височные подвески. И эти украшения отличались строгостью орнаментации и простотой формы.

Признанными центрами обработки металла были села Старые Атаги, Шатой (ныне Советское), Ведено, Дарго, Джугурты, Шали.

К началу XIX века национальное прикладное искусство продолжало развиваться, находя большой спрос как у местного населения, так и являясь предметом торговли с соседями.

Началось «вытеснение туземных вековых «кустарных» промыслов, падающих под конкуренцией привозных московских фабрикатов»1. Начался упадок национальных ремесел.

Судьба чечено-ингушского искусства XIX века, как в капле воды, отразилась в судьбе художника Петра Захаровича Захарова, чеченца по происхождению. Взятый в сожженном ауле и вывезенный в Россию, Петр Захаров закончил с серебряной медалью Петербургскую академию художеств. Это был одаренный человек, но засилье рутины в стенах академии, неудовлетворительное материальное положение, а впоследствии и зависимость от официальных заказов на бесконечные военные рисунки и портреты именитых людей — все это привело к тому, что национальному своеобразию его таланта не дано было расцвести. Ему даже не удалось ни разу посетить Чечню, о которой он всегда думал с большой любовью и тоской. Так он и угас в расцвете творческих сил вдали от родины, в холодном Петербурге с официальным званием «свободного художника». И только Написанный в 1843 году автопортрет является единственным, подлинно национальным по духу произведением. Написав себя в одежде воина-горца и в то же время тонко передав тоску человека, мечта которого о подлинной свободе рухнула, художник как бы создал обобщенный образ своего героического народа.

* * *

Элементы театрализации можно обнаружить в бытовых обрядах чеченцев и ингушей — в трудовых песнях, танцах. Из музыкальных инструментов были издавна распространены двухструнная скрипка (чондарг), горская балалайка (дечигпондар), зурна, барабан.

Ритм слова и мелодии трудовых песен определялись ритмом трудового процесса (например, песня при сбивании масла в кувшине, при вращении ручного жернова). До сих пор еще кое- где сохранился обряд плача по умершему, импровизация, построенная на коллективном причитании плакальщиц, старающихся одна перед другой обрисовать умершего как можно убедительнее и показать глубокую печаль о нем.

Интересен свадебный обычай (привоз невесты в дом жениха на арбе, покрытой красным покрывалом, которое пыталась срывать идущая навстречу толпа). Вступали в борьбу между собой и конные участники кортежа за обладание покрывалом невесты. Характерным импровизированным диалогом являлось острословие при первом посещении родителей новобрачными, шутливая перебранка при увозе невесты.

На свадьбах и праздниках издавна традицией были соревнования и разнообразные конные игры. Например, театрализованная борьба всадников, одетых в панцири и шлемы из ореховых веток. Соревнования рассказчиков на темы волшебных и бытовых сказок о животных, в которых высмеивались глупость, жадность, чревоугодие и другие человеческие пороки. Интересен зачаточный элемент музыкального театра — импровизированный диалог женщины и мужчины на любовную тему под аккомпанемент гармоники (пение перемежается с речитативом), а также импровизация юмористических частушек девушками на вечеринках.

* * *

Волнующее зрелище представляли акробатические номера канатоходцев, очень распространенные в прошлом не только в Дагестане, но и в Чечне (Шатоевский район). Среди канатоходцев были целые семьи: мужчины, женщины и дети. Их искусство отличалось большим мастерством и смелостью) (например, скольжение по канату, стоя обеими ногами в медном тазу). Перед выступлением канатоходцы (пилхо) гримировались: красили губы, наклеивали носы, надевали парики. Многие пользовались масками, изображающими уродливое или веселое лицо.

Особенно интересен был народный театр масок в исполнении клоунов (джухургов), аналогичный итальянской комедии «дель арте» XVII века и грузинскому народному театру масок «берикаоба». У чеченцев и ингушей можно было видеть очень древние маски языческого происхождения. Например, «нечистая сила» (тют-мяжик) — вымазанные сажей лицо и руки, вывернутые шубы (хопачи) и папахи, традиционная дубинка; маска животного с вылепленной из глины головой козы или кролика (дземалк), которую исполнитель, завернутый с головой в шубу, держал на длинной палке; обязательные и традиционные маски «простак» и «пройдоха» в вывернутых хопачах и папахах с длинными войлочными ушами, на лицах — квадратные войлочные маски с прорезами для глаз и рта. Явно более позднего происхождения маска генерала—тонкая ирония на царских сатрапов; одежда его — пародия на генеральскую форму: фуражка с околышем, бумажные эполеты и ордена. Интересна сатирическая маска хитрого муллы и др.

Выступление масок представляло импровизированный спектакль, насыщенный остроумными диалогами и действиями.

В 1912 году в одной из грозненских газет впервые появилось сообщение о постановке на сцене местного парка пьесы на чеченском языке, которая должна была быть понятна и русским, так как в ней есть вводное лицо, поясняющее текст. Через три дня эта же газета писала: «В воскресенье… артистом Назар-Беком Гаттен-Калинским была поставлена на родном ему, чеченском языке, пьеса его же сочинения «На вечеринке». В пьесе выступили, кроме автора, три местных любителя-артиста, чеченцы и целый ряд танцоров и танцорок… Вещь Гаттен- Калинского написана с большим знанием сцены… Как со стороны русских, так и чеченцев в особенности, к произведению Назар-Бека был проявлен большой интерес. Публики собралось много; пьеса шла с необыкновенным успехом, что служит залогом возможности осуществления мысли Гаттен-Калинского создать труппу из артистов-чеченцев для постановки пьес на их языке…»

Под именем Назар-Бека Гаттен-Калинского выступал Назар-Бек Шерипов (1883—1920), уроженец селения Гаттен-Кале, й прошлом — офицер. В 1905 году, увлекшись театром, он навсегда порвал с армейской службой. Играл в различных театрах, любительских спектаклях, исполнял «Песню о Соколе» М. Горького, написал несколько пьес, работал режиссером (поставил «Красный цветок» М. Гаршина).

Для чеченцев и ингушей, как и для многих народов Кавказа, танец — искусство, которым владел почти каждый с самого раннего детства. Сложные по ритму и разнообразные по мелодии лезгинки (Урус-Мартанская, Шалинская, Шатоевская, Ингушская и др.) мастерски исполнялись на всех праздниках. Изящество и четкость движений сочетались с искрометным темпераментом, бурно выражавшемся в бешеном ритме. Состязаясь друг с другом, танцоры привязывали к поясу альчики. Даже в момент самого бурного темпа близко расположенные альчики не должны были касаться друг друга. Такого высшего мастерства достигали многие.

Элементы театрализации имели место и в религиозных обрядах чеченцев и ингушей. Например, ритуал заклания козла в честь бога Елты, а также богослужение богине плодородия Тушоли. Последнее открывалось парным восхождением молящихся при зажженных факелах на вершину горы, где находилось святилище. Жрец, одетый в белый халат, возглавлял шествие, а за ним вели белых быков, предназначенных для жертвоприношения. Кое-где вплоть до начала XX века сохранился языческий обряд вождения по селу во время засухи ряженого, одетого в мешок, сплетенный из травы или зеленых веток, под пение обрядовой песни — просьбы о дожде. В Чечне ряженый именуется «каршкули», в Ингушетии — «муста гудург».

Накануне Октябрьской революции, когда усилился религиозный гнет, появились в ряде мест общины «тюллигов» (пустоголовых). На своих собраниях они распевали сатирические куплеты, направленные против богачей, мюридов, мулл, исполняли пародии на религиозные обряды.

Народному театру чеченцев и ингушей присущ оптимизм, неисчерпаемый юмор и свободомыслие. Вейнахи не желали мириться ни с материальным, ни с духовным гнетом! В форме устных театрализованных выступлений народ выражал свое от-ношение к окружавшей действительности.

* * *

Самобытная народная музыкальная и театральная культура вейнахов связана с именами таких прогрессивных деятелей, как Магомет и Муслим Магомаевы, Назар-Бек Шерипов. С детства полюбив музыку, Магомет и Муслим стали впоследствии музыкальными деятелями. Магомет Магомаев (1881 —1917) уже с 1898 года, после окончания Грозненской горской школы, стал профессиональным музыкантом. Играл в любительских театрах, преподавал музыку в грозненском городском Пушкинском училище. Он автор ряда популярных произведений, например знаменитой «Лезгинки Шамиля» (именуемой иногда «Молитвой Шамиля» или «Мелодией Шамиля»), сыгранной впервые в 1913 году.

Муслим Магомаев (1885—1937), известный композитор, участвовал в создании азербайджанской музыкальной культуры. Он автор двух опер «Шах Исмаил» и «Нэргиз», многочисленных симфонических произведений. Муслим Магомаев – выдающийся педагог, пропагандист музыкальных знаний. Родился и вырос Муслим в Чечено-Ингушетии, провел здесь свыше 20 лет жизни, хорошо знал и любил народную музыку и фольклор. Это нашло отражение в его творчестве. Муслим Магомаев, подобно Саят-Нова, был деятелем многонациональной культуры Кавказа. Его произведения «На полях Азербайджана», «Песни и танцы Чечни», «Танец освобожденной азербайджанки» и «Чеченская пляска» широко известны по всей нашей стране.

Примечания:
1 В. И. Ленин. Развитие капитализма в России. Соч. Изд. 5-е. Т. 3, стр. 594.

Источник:
Очерки истории Чечено-Ингушской АССР. Т.I. Грозный, 1967. Стр. 268 – 274.

Google Buzz Vkontakte Facebook Twitter Мой мир Livejournal SEO Community Ваау! News2.ru Korica SMI2 Google Bookmarks Digg I.ua Закладки Yandex Linkstore Myscoop Ru-marks Webmarks Ruspace Web-zakladka Zakladok.net Reddit delicious Technorati Slashdot Yahoo My Web БобрДобр.ru Memori.ru МоёМесто.ru Mister Wong

Комментарии

Оставьте свой отзыв!